Подглядыватели. Сердце

Предыдущие части:

Часть 1. Помутнение
Часть 2. Слова

Я снова падал в бездну. И бездна смотрела на меня мириадами своих глаз. Снова слова неизвестного языка шепотом звучали в моей голове, и я не мог заткнуть уши, чтобы не слышать их. Я стал оком пустоты и смотрел на мир,  из которого пришел, и пустота смотрела на него через меня. И так продолжалось долгое время.

Внезапно тьма вокруг меня развеялась,  и я почувствовал, как ноги утонули в цветах, которыми был усеян сад, буйно разросшийся вокруг. До моего слуха донеслось журчание воды, наполнявшей удивительной формы фонтаны. Среди растительности гордо вышагивали фламинго. Черт возьми! Мне никогда не доводилось видеть этих удивительных птиц! Я про них знаю-то только из детских мультфильмов!

Что сразу бросилось в глаза, так то, что в отличие от библиотеки, тут не было никакой невидимой стены, можно было спокойно идти в любом направлении, и ничто этому не препятствовало. С другой стороны, если тут появится зверь, то я окажусь просто незащищенной ничем жертвой. Я осторожно оглянулся, ожидая увидеть окровавленную морду, но не было ничего, что могло бы угрожать моей жизни, зато обнаружил, что стою спиной к зеркалу в массивной раме, богато украшенной декором. Его поверхность, словно водная гладь, отражала всё буйство и разнообразие красок окружающего сада. Множество маленьких барельефов изображали странные сцены, главными героями которых были мужчина, женщина и человек с головой волка. На одной сцене женщина кормит человеко-волка. А на другой он уже стоит над поверженным мужчиной, а за этим всем наблюдает та же женщина. Снова зверь! Мужчина, с мордой волка, но я уверен, что этот зверь имеет ту же природу, что и существо в библиотеке. Я провел рукой по поверхности барельефов, и вопреки моим ожиданиям, она оказалось не твердой, как положено быть декору из дерева или кости, а слегка пружинила под пальцами, оставляя после прикосновений небольшие вмятинки, которые быстро принимали исходную форму. Мне даже показалось, что я едва чувствую кожей пальцев дыхание, исходящее от странного зеркала.

Внезапно я отпрянул, так как отражение  дрогнуло, и из него выступила Ева. Я не мог поверить! Девушка, что стояла передо мной, была удивительно похожа на ту, которую я вытащил из вагона, и которая сидела в кафе! И в то же время это была не она. Черты ее лица были словно выточены из камня, безупречное тело было слегка прикрыто полупрозрачной накидкой. И я вспомнил,  где уже видел эту притягивающую взгляд красоту. Это было тело человекоподобного существа, которое утоляло свой голод человеческой плотью. Я застыл, парализованный страхом, в ожидании нападения, но она и взгляда не бросила в мою сторону, лишь прошла насквозь, словно была бесплотным видением. Только холод, исходящий от нее, болезненный продирающий насквозь холод, прошелся по моей коже и, казалось, даже забрался под неё, вцепившись  в мышцы своей когтистой рукой.

- Следуй,- услышал я шепот голосов, принесенный порывом ветра.

На негнущихся ногах я повернулся и пошел вслед за этой прекрасной и ужасающей девой. Я шел против своей воли, понимая, что она смертельно опасна для меня, но сейчас  неведомая сила толкала меня за этой полуобнаженной фигурой. Ноги ступали в густую растительность, но не единой травинки не шевельнулось, всё, что должно было отзываться на мои движения, только  проходило сквозь тело, как через туман. И сейчас меня поразила мысль, что это не она бесплотный дух, а я! Что я являюсь лишь проекцией своего сознания в этом  чудесном саду!

Дева свернула в арку, созданную переплетенными ветвями деревьев, сквозь кроны которых пробивались лучи яркого солнца, от чего удивительные  пастельные узоры наполняли пространство внутри этого тоннеля. Из глубины сада до меня  донеслась приглушенная песнь, которую исполнял низкий мужской голос. Это была какая-то грустная баллада на незнакомом мне языке. Певец закончил, и нестройное множество других  голосов одобрительно загудели. И чем ближе я подходил, тем яснее различал незнакомые слова и сопровождающий их звон бокалов. Зелень расступилась, и моему взору предстал прекрасный дворец, стены которого были увиты виноградными лозами.

Среди колонн этого величественного строения разместился пиршественный стол, перед которым лежали на длинных ложах около десятка крепких мужчин. Они пили, ели и громко смеялись, кто-то невпопад горланил песни на неизвестном мне языке. На столе теснились кушанья, россыпи фруктов и сосуды с напитками. Узнать хозяина среди всей этой толпы не составляло труда, это был бородатый человек средних лет с правильными чертами лица и властным взглядом. Даже я, родившийся в деклассированном обществе, смог понять, что это человек, принадлежащий военному сословию, обличенный властью и силой. Всё это читалось в его уверенных жестах, словах, значения которых я не понимал, во взоре, которым он оглядывал людей, разделивших с ним трапезу.

Дева прошла вдоль пирующих, провожаемая десятком захмелевших взглядов и села на колени главы стола. Своими длинными белыми руками она обвила его шею и прижалась щекой к густой бороде. Замерла, словно мраморная статуя. Сейчас ее лицо не было испачкано кровью, а ноздри не втягивали жадно воздух, но взгляд, это был взгляд зверя, который выискивал свою жертву среди гостей пиршества.

Снова невидимые руки схватили меня и резко утянули под темную гладь бытия. Подобно рыбе, пойманной на крючок и тщетно пытающейся вырваться, я сучил конечностями в густой черной жидкости,  окружающей меня, пытаясь захватить ртом хоть глоток воздуха в опустошенные легкие. Ощущение пространства и времени было потеряно, так как тело моё никуда не плыло и ничего не менялось вокруг. Пока кто-то не схватил меня за волосы и не потянул вверх, вытаскивая из этой тьмы.

- Смотри, - снова неведомый голос прошептал над самым ухом. Вновь я стоял в том саду, но теперь с трудом удалось узнать его. Солнце спустилось, и только зарево догорающего дня полыхало в просветах древесных крон. Фонтаны иссякли и были разрушены; среди некогда аккуратно обстриженных, а теперь буйно разросшихся кустов испуганно пробегали страусы. Опять этот дворец, окна его черны, среди колонн я вижу тот же пиршественный стол, который буквально завален осколками амфор и обглоданными костями. Воздух наполнен запахом гнили и разложения. Я опустил взгляд и увидел, что всё пространство перед дворцом усыпано истлевшими человеческими останками с кусками рваной одежды. В темноте между колонн что-то шевелится. Может быть один из страусов? Я осторожно подступил поближе и тут же отпрянул - из кучи тряпья мне навстречу поднялся тот, кто некогда был хозяином этого места. Сгорбившись, как старик, прощупывая перед собой путь руками, он прошел к столу и с трудом сел на том же месте,  что и тогда, когда своды дворца отражали хмельные крики его друзей. Свет луны упал на его лицо, и меня поразило, как постарел этот человек, как поседели и растрепались его волосы, и страх холодным дыханием обдал мою спину, когда я увидел,  что глазницы его были пусты.

Своей дрожащей, испещренной морщинами старческой рукой он что-то нащупывал среди костей, наваленных на стол. Наконец нашел. Видимо, небольшой кувшин, и жадно к нему присосался.

Из темноты возникла дева, такая же молодая и такая же прекрасная, она ничуть не изменилась по сравнению со своим немощным кавалером. Снова она уселась к нему на колени и обвила шею длинными белыми руками.

Они застыли. Эта печальная пара, освещаемая призрачным голубым светом луны. Казалось, что старик уснул, это невозможно было определить точно, так как пустые глазницы никогда не закрываются.

Не знаю, сколько прошло времени, пока дева плавно не встала. Мягкой кошачьей походкой она зашла к старику за спину, одна её рука легла ему на плечо, а вторую дева резким и сильным движением вонзила между лопаток старика так,  что от удара тело некогда могучего правителя выгнулось дугой. Черное отверстие его рта раскрылось и породило какой-то нечеловеческий полухрип-полукрик, вслед за которым на давно нечищеную одежду  извергся поток темной густой жидкости. Дева победно  вскинула окровавленную руку, в которой ещё пульсировало вырванное ею сердце. В небе раздался рокот грома и на ее лицо упали первые липкие и холодные капли ночного дождя. Они бежали ручьями по ее гладкой коже, смешивались с кровью, покидающей вырванную плоть, образовывая удивительную ветвистую сеть на прекрасном теле. Сверкнула молния, и лик девы озарился светом, вслед за которым раздался первый громовой раскат. Лилит,- услышал я имя в песне наступившего дождя и урчании грозы.

Снова резкое погружение в густую темную жидкость, кажется, я начал уже привыкать к этим перемещениям, и на этот раз всё так быстро произошло, что удушья совсем не ощущалось. Просто проскочил сквозь толщу и оказался за столиком вместе с Евой, будто никуда и не уходил, только в голове ещё звучало это странное имя "Лилит".

Сама девушка сидела напротив и выглядела сильно напуганной. Я молчал, а она ждала, не отрывая взгляда.

- Долго меня не было? – наконец я нарушил тишину.

- Несколько минут, - Ева пыталась скрыть дрожь в голосе.

Страх на её лице начал отступать, и его постепенно смело любопытство.

- Ты в порядке?

- Пока не знаю... Я был в другом месте... Скажи, что ты видела?

- Сначала ничего не происходило, ты просто смотрел в планшет. Все ближе и ближе наклонялся к экрану. Я тебя позвала ...  лучше бы не звала. Ты поднял взгляд и  уставился на меня, только это были нечеловеческие глаза. Сплошные желтые зрачки, никаких эмоций, даже ни разу не моргнул. Я от твоего взгляда оцепенела и двинуться боюсь. А потом ты что-то прошептал, зажмурился, а когда открыл глаза, то это снова был ты! Как же я рада, что ты вернулся.

Она потянулась через стол и, взяв мою ладонь в свои руки, осторожно сжала её. Черт возьми, уже тысячу лет ко мне не прикасалась девушка, не случайно где-то в метро или на улице, а вот так искренне и по собственному желанию.

- Лилит,- повторил я это незнакомое имя, будто смакуя звуки чужого языка.

- Что ты сказал?

И я поведал Еве обо всём, чему стал свидетелем.

После того, как история была окончена, между нами воцарилось молчание. Ева, по-видимому, обдумывала услышанное, я же высказался и теперь чувствовал себя опустошенным сосудом.

- Лилит,- наконец произнесла она, едва шевеля губами, я не мог понять, поверила она мне или нет - давай посмотрим, что про нее есть в интернете.

Ее быстрые пальцы забегали по виртуальной клавиатуре планшета. Поймав мой заинтересованный взгляд, Ева отвернула экран:

- Думаю, что тебе стоит повременить пока с подглядыванием, ведь мы не знаем с чем столкнулись - не стоит лишний раз провоцировать ЭТО.

Буквально за какие-то десять лет интернет сделал огромный шаг, оставив позади духоту подвалов полулегальных клубов и пыль НИИ, и стал достоянием каждого желающего. На то, чтобы получить необходимую информацию, раньше Еве понадобилось бы несколько часов или даже дней, сейчас же прошло всего пара минут.

- Тут написано, что Лилит - владычица демонов в шумерской мифологии, откуда она была позаимствована иудеями. В более поздних версиях она известна, как супруга демона Самаэля и первая жена Адама.

- А зачем ей я? Ничего про это не сказано?

- Тут есть интересная заметка: она является в видениях молодым неженатым мужчинам и соблазняет их. Это все.

Она еще немного полистала и отрицательно покачала головой.

- Ничего. Больше ничего. У нас преподает один профессор, он специалист по семитской культуре. Я попробую сегодня с ним встретиться и  узнать, чем он сможет нам помочь. Оставь мне свой номер, - я сразу тебе позвоню, как что-то прояснится.

Я немного помялся, но все-таки выудил из кармана свой телефон для связи с Жоржиком. Маленький кирпичик с черно-белым прямоугольником экрана, в тусклом свете которого светилась единственная надпись:  "6 пропущенных вызовов".

Когда мы обменялись телефонами, она вспорхнула со стула и направилась к выходу, но перед тем как переступить порог, остановилась, будто что-то вспомнила и быстро вернулась ко мне.

- И еще. Постарайся, пока что, не смотреть на экраны.

Это было странно и бесконечно приятно осознавать, что не только я противостоял этому загадочному и пугающему миру демонов, но у меня появилась союзница, которая готова была помочь мне разобраться в этой путанице. Возможно, для неё это было просто захватывающим приключением, но я был не один, и это было самое важное.

Пора навестить Жоржика, он ждет меня в своем сыром изъеденном плесенью подвале, куда в дождливую погоду затекает вода из щели под входной дверью, а крысы постоянно точат зубы об утеплитель водопроводных труб. Шесть пропущенных вызовов -  по одному на каждый безликий коричневый пакет. Уже еду, шеф.

- Привет, Жоржик,- я разглядывал его небритую толстую ряху, выглядывающую из квадрата окна, кажется, что он даже не потрудился  помыть её от остатков китайской лапши, что присохла к щетине и, словно язычок какого-то музыкального инструмента, шевелилась в такт словам, выплевываемым отверстием рта.

- Я тебе говорил не называть меня так?!- поросячьи глазки горели злобой, это мерзенькое чувство имело запах, такой тонкий аромат прокисшего пота и немытого тела вперемешку с чем-то еще, - можешь называть меня шеф или Жорж,  но не смей называть Жоржик, ты понял?

- Да пошёл ты,-  усмехнулся я. Если раньше я смотрел на него, как на человека, для которого я делал работу и получал за это деньги, и таким образом он имел власть надо мной, то теперь я видел перед собой опустившегося человека. И еще, - я узнал этот новый для меня запах, это был его страх. Такое необычное чувство - обонять страх. И вдруг я понял, что он был жертвой. Моей жертвой.

- Отвези эти шесть доставок, а потом возвращайся -  у меня к тебе серьезный разговор.

Последние слова он произнес уже срывающимся взвизгивающим голосом.

- Как скажешь,- я сгреб пакеты и вышел.

Пустота. Вот как можно охарактеризовать то чувство, когда не можешь предаться излюбленному занятию. Вокруг мельтешат белоснежные планшеты, ридеры в кожаных чехлах, смартфоны и ноутбуки, а ты вынужден сидеть, опустив взгляд под ноги и разглядывать узоры размазанной по полу жвачки. Я взгляну. Только на секундочку. И сразу отведу взгляд. Правда-правда. Вот как раз девушка стоит, хороший у неё планшет, дорогой. Вот только на экране ничего нет, он просто выключен.

Я поднял взгляд и увидел, что хозяйка планшета была одной из многих людей,  стоящих вдоль вагона. Мужчины и женщины  выстроились в ряд, словно по линейке. Каждый из них держал в руках какой-то девайс и был всецело увлечен происходящим на нем. Удивительно, но шум поезда стих, и воцарившаяся тишина болезненно давила на уши. Всё это напоминало какой-то абсурдный читальный зал, оборудованный в вагоне метро.

Я оставался на месте, предчувствуя очередной переход, сопровождаемый падением в бездну, но ничего не происходило. Окружающие, казалось, не замечали друг друга. Если вы обращаете внимание на читающего человека, то можете понаблюдать за его мимикой. Он то морщится, обдумывая прочитанное, то трет переносицу, то моргает. Что говорить, даже во сне лицо не остается неподвижным.  Лица же людей, что стояли в одном вагоне со мной не отражали ничего. Это были гипсовые неподвижные маски, освещаемые тусклыми желтыми лампами. В таком молчаливом бездействии прошло несколько минут, пока я не услышал за своей спиной шаркающий звук, - неизвестный медленно ступал по усыпанному грязью полу вагона и, судя по звуку,  подволакивал  за собой вторую конечность.

Следующая часть:

Часть 4 и последняя. Перерождение

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Facebook
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Google Plus

Подглядыватели. Сердце: Один комментарий

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

CAPTCHA
Reload the CAPTCHA codeSpeak the CAPTCHA code
 

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>